Для того чтобы сделать портал «Культура-Урала.РФ» удобнее для Вас, мы используем файлы cookie.
Хорошо

Свежий номер журнала "Урал" (октябрь)

Вышел десятый номер журнала "Урал".

Стихи в октябре, когда лето уже совсем заканчивается, а Лицейская годовщина как раз наступает, особенно важны. В октябре этого года представлять поэзию "Урала" повезло Инне Домрачевой, Андрею Коровину, Артёму Скворцову, Борису Кутенкову и Антону Метелькову.

Теперь, по словам того же классика, к суровой прозе. Вот повесть Егора Куликова "Маленькое недопонимание". Произошло оно между работодателем и работником. Работник - алкоголик, однако очень хороший человек и мастер на все руки. Работодатель - тоже, похоже, пьяница (но не столь горький), и человек тоже неплохой, и вполне годный предприниматель. Конечно, он смотрится бледновато на фоне колоритного работника, а финал повести, хотя и вполне предсказуемый, всё равно оказался неожиданным. Герои повести Павла Рыкова "Засрак и Анемподист" - "засрак" и Анемподист. "Засрак" - это, понятно, заслуженный работник культуры, Анемподист же - имя, пусть и редкое. Профессии у обоих героев тоже достаточно редкие, а события повести тем временем динамично развиваются. В рассказе Катарины Красавиной "Первая скрипка" первой скрипке (имеется в виду не инструмент, но человек, мужчина) ничто человеческое оказывается не чуждым. Но и специфика музыкальной жизни никуда не девается. Действие рассказа Елены Прокоповой "Стадион" происходит в советские ещё времена, но дело не обходится без в общем-то чуждого советской идеологии мистического оттенка.

Драматургия номера представлена драмой в семи картинах Анжелики Четверговой "Мордовия". События разворачиваются в 1941-м году в эвакуации, с участием Марины Цветаевой, Лидии Чуковской и других исторических личностей.

В рубрике "Почти без вымысла" публикуются главы из книги Сергея Петрова "Крах атамана Антонова". А именно - главы о дореволюционной истории тамбовщины и начало революционной деятельности Антонова.

В "Архиве" - "Разведка боем". Это стихи, фронтовые письма и дневниковые записи Дмитрия Удинцева. (Публикация Ольги Удинцевой, подготовка текста и комментарии Дмитрия Шеварова.)

Отдел критики открывается статьёй Галины Акбулатовой "Пацанский блюз Александра Бушковского". Пацанский – потому что герои писателя – пацаны, независимо от их возраста. Елена Сафронова также пишет об Александре Бушковском, а именно о его романе "Рымба" (журнал "Октябрь"), но она делает это уже в рубрике "Толстяки на Урале: журнальная полка", где размещены рецензии на публикации в толстых литературных журналах. На этой же полке - рецензии Станислава Секретова на прозаический диптих Анатолия Курчаткина "Змея, кусающая свой хвост" ("Знамя") и Константина Богомолова на реконструкцию семейной биографии писателя А.М. Федорова "На грани забвения" Вадима Ермолинца ("Волга"). Неустанно пребывающий "На литературном посту" Сергей Беляков оценивает романы Влада Ридоша "Пролетариат" и Владимира Козлова "Litium". Оценивает, впрочем, не слишком высоко. Второе произведение оставило критика равнодушным, первое же он и вовсе читать решительно не рекомендует. В "Иностранном отделе" Сергея Сиротина объектом рассмотрения стал французский писатель Жан-Поль Дюбуа и его роман "Наследие". Наследие, заметим, не каких-либо материальных благ, и не моральных или духовных ценностей, а прямо-таки биологическое наследование генов в одной французской семье. И всё (нехорошее), что из этого последовало. 

Рубрику "Волшебный фонарь", освещающий разнообразные вопросы важнейшего из искусств, ведёт в номере Валерий Исхаков. В его рецензии "O bella ciao... " рассматривается испанский сериал "Бумажный дом (La Casa de Papel)".

В рубрике "Слово и культура" Юрий Казарин выступает автором статьи "Поэтическая гармония. Часть первая", в которой автор, хотя и не пытается поверить алгеброй гармонию, но четырнадцать методов анализа единиц поэтического текста таки описывает.

Для читателей информационного портала «Культура-Урала.РФ» есть возможность познакомиться с повестью Егора Куликова «Маленькое недопонимание». 

Егор Куликов — родился в Приднестровской Молдавской Республике. Учится в Российском Университете Дружбы Народов (РУДН), работает в гостиничном бизнесе. Публиковался в газете «Литературная Россия», журнале «Дальний Восток». Лауреат международной литературной премии «Мост Дружбы». В «Урале» печатается впервые.

  ***

Олегу вечно не хватало времени. Казалось бы, следи за хозяйством, управляй единственным магазином, проводи время с женой, и всего тут. Большего не надо. Но новоявленный бизнесмен никак не мог понять, как успевают люди, у которых не один, не пять и даже не десять магазинов. Откуда они берут лишние часы? Покупают их, что ли?..

Каждая минута была на подсчете, а тут еще и сделка хорошая подвернулась с пустующим зданием на трассе. Олег не мог упустить этот шанс и купил заброшку. Спустя полгода оформил там автомастерскую и тогда понял, что время каким-то образом растягивается. За мастерской последовал магазин в соседнем селе. А после выяснилось, что Настя беременная. Завал так завал.

Олег мчался по трассе в соседнее село, где недавно открыл еще один магазин. Только по сторонам замелькали ветхие домишки и под колесами зашуршал гравий, как машину резко повело в сторону.

— Это надо было… — негодовал он, разглядывая пробитое колесо.

Время жгло и требовало решительных действий.

До магазина всего полтора километра, а менять колесо это минимум двадцать минут, прикинул Олег. И неизвестно еще, есть ли инструменты.

А его там ждут. Ждет продавец, поставщик, нерешенная проблема. Расставив приоритеты, Олег выругался и твердой походкой пошел в глубь села.

Проблема оказалась пустяковой, и это еще больше разозлило Олега. Возвращаясь к машине, он негодовал, бубнил под нос проклятия в адрес поставщика, понимая, что впереди его ждет еще замена колеса. Он похлопал по карманам и только сейчас понял, что не закрыл машину. Ключей нет… вывернул все карманы. Затем проверил еще раз, прощупывая пальцами каждый уголок. Ускоряя шаг и переходя на бег, он очень надеялся на то, что оставил ключи в магазине.

Свернув в переулок, Олег увидел машину. Все, можно уже так не торопиться — ласточка на месте.

Подойдя ближе, увидел, что кто-то поменял колесо.

— Кто?.. Что?.. — разводя руками, спросил Олег.

Не успел опомниться, как из-за небольшой посадки вышел человек и плавающей походкой направился к нему.

Молодой парень в довольно замызганной одежде шел немного враскачку. Спотыкался на кочках и сильно размахивал руками.

— Шеф! Командир! — начал кричать он издалека.

— Чего? — довольно грубо спросил Олег, детальнее рассмотрев парнишку.

Лет тридцать, может, чуть больше. Небрит. Щетина кусками растет на лице. Ярко выраженные только усы и борода, а дальше все с проплешинами. Вещи грязные. На истоптанных берцах до мяса сбиты мысы. На правом ботинке шнурки волочатся по земле, левый зашнурован проволокой. Свитер грубой вязки растянут так, словно парнишка снял его с бочки. Сальные камуфляжные штаны с дыркой в самом неприличном месте не раз штопаны и сплошь состоят из латок.

Тяжело дыша, парнишка подошел к Олегу и широко улыбнулся.

— Ну, как тебе? Принимай работу.

— В смысле? — не понял Олег.

— Работу, говорю, принимай, — повторил парнишка и указал на машину. — Я тут проходил мимо, смотрю, тачка стоит. Дай, думаю, посмотрю. А на переднем сиденье ключи. Ну, я и это… поменял.

Олег не поверил парню. Что-то его насторожило. Просто так шел. Просто так увидел машину. Просто так поменял. А не он ли подбросил гвоздь на дорогу?

— Ты просто поменял? — подозрительно спросил Олег, держась на расстоянии.

Тот пожал плечами.

— Вообще-то не просто. Я надеялся на какую-то награду.

— Ах, вот оно что…

— …Не-е-е, — оборвал его парень. — Ты не думай, много я не попрошу. Мне бы пожрать чего да бутылку в придачу. Пожалуй, на большее я не заработал. Я просто знаю, что ты здесь магазин купил. Думаю, дай удружу товарищу, а он мне, глядишь, и подкинет чего. Ну как, подкинешь?

Снова эта широкая, веселая улыбка. Грех такому не дать, но Олег все еще подозревал.

Парень заметил смятение.

— Я вообще здешний. Вон там живу, — махнул он рукой в сторону села. — Может, видел крайний дом рядом с трансформатором.

Олег припомнил там заброшенную халупу. Вообще-то он думал, что там никто не живет.

— Меня Артем зовут. Местные называют Филка, это от фамилии моей. Филатов я, — протянул парень руку, но Олег отшатнулся. Не хотелось ему трогать эту грязную лапу. Да еще и перегаром повеяло так, словно в бочку со спиртом заглянул. — Ну, это ладно… — парень стеснительно убрал руку за спину.

— Ладно. У меня нет времени, и я тороплюсь. Дел еще много.

— Да-да… — кивал Филка.

— У тебя, видно, тоже дел много? — с явным уколом в голосе спросил Олег.

— Есть немного.

— Держи.

Олег сунул руку в карман, вытащил пару купюр и аккуратно, как кусок мяса голодному псу, протянул деньги Филке. Не хотелось притрагиваться, касаться. Стоять рядом не хотелось.

— Ох, спасибо. Недаром, значит, горбатился тут, — убирая деньги в рваный карман, говорил Филка.

— Бывай, — только и сказал Олег. Затем сел в машину и поехал.

Уже в дороге подумал о том, что надо бы проверить, как болты затянуты, а то вдруг недожал, и колесо открутится. Сбавил ход, вышел из машины, открыл багажник, взял ключ и проверил. Крепко затянул алкаш. Добротно.

Убрал ключи и только сейчас заметил, что в багажнике царит идеальный порядок. Такого даже не было до того, как он пробил колесо. Олег не придал этому значения. Сел в машину и рванул домой. Его действительно, в отличие от Филки, ждали неотложные дела.

Он примчался домой, и Настя начала разговор с упрека.

— Там кран уже неделю течет.

— Починю, — сказал Олег, просматривая документы по мастерской.

— И двор пора бы в порядок привести.

— Сделаю-сделаю, — отвечал он, совершенно не думая. Лишь бы отвязалась скорее.

— На выходных Алексей с Олей придут, натопишь баньку?

— Да, конечно, натоплю, — снова отвертелся.

— Только не забудь, что дрова еще надо наколоть, — довольно грубо сказала Настя и вышла.

Олег почувствовал, с какой интонацией говорила супруга, но мастерская на данный момент важнее. Ближе к вечеру, когда все дела были сделаны, он вернулся домой.

Прошелся по двору, понимая, что Настя права. Этот чертов бизнес поглотил его с головой. Чистоплотный и любящий во всем порядок, Олег с жалостью смотрел на захламленный двор. Затем заглянул в гараж, где тоже все вверх дном. Инструменты валяются. По углам грязь. В сарае та же история. Крючки для садового инструмента пустуют, а сам инструмент свален в углу. Да и огород зарос травой. Хоть он и любил возиться в земле, но время… времени совсем нет. Год назад сразу за сараем с баней (где, кстати, нет дров) начинались ровные грядки. И уходили вплоть до фруктового сада.

Олег часто копался в огороде, и все у него там было аккуратно. И в гараже, и в сарае был порядок. Все было по полочкам. У каждого инструмента и каждой вещи свое место. Даже овощи, казалось, и те росли по приказу, не переступая листиком на чужую грядку. Все было так, как ему хотелось, а сейчас...

— …А сейчас трава по колено, — продолжил Олег мысли и осмотрел заросшие грядки.

Он вошел в дом, понимая, что Настя все еще злится.

— Настя… Настюша, — ласково сказал он, подкрадываясь к супруге. — Ты же понимаешь, что я ради нас всем этим занимаюсь. У меня не так много свободного времени. Я либо буду с тобой его проводить, но тогда ты будешь корить меня, что я плохой хозяин. Либо буду во дворе убираться. Тогда ты скажешь, что я тебя разлюбил. Ты ведь понимаешь, что у меня не тридцать часов в сутках?

— Понимаю, — ответила Настя и отвернулась.

Лежа в кровати, Олег чувствовал, как вымотался за день. Этот день казался невероятно долгим. Столько всего успел сделать. И в мастерской с документами разобрался, и в налоговую сгонял, и в магазине с этим поставщиком уладил, и колесо пробил, и… и даже спасибо Филке не сказал, — проскочило у него. Надеюсь, он не в обиде. Пара купюр лучше, чем пустое спасибо.

На следующий день Олег пообещал жене, что скоро двор будет блистать, как раньше, а рядом с баней всегда будет полная поленница дров. Но проблемы вмиг съели все его время. Вроде бы все шло своим чередом, но стоило ему пообещать, как одно начало сыпаться за другим.

В итоге он только по рабочим делам и ездил.

В пятницу вечером Олег вернулся домой и не увидел там жену.

— Настя, — настороженно и слегка испуганно произнес Олег. В голове уже мелькали тысячи мыслей. Злость сменялась отчаянием, пока он не услышал стук за домом.

— Вот ты где, — с выдыханием сказал он.

Настя в это время стояла с топором в руках, пытаясь нарубить дров. Получалось довольно плохо. Несколько поленьев лежало рядом, и всего лишь одно было разрублено.

— Дай сюда топор. Сейчас я все быстро сделаю.

— Сделал уже, — снова этот тон. — Я же тебе говорила, что завтра у нас гости будут, а ты послушал меня, и все мимо ушей.

— Да на меня навалилось все сразу.

— У тебя всегда все сразу валится.

Настя бросила топор и ушла.

Олег понимал, что если он и сейчас не нарубит дров, то их маленькое недопонимание, как он всегда называл ссоры, выльется в огромный скандал.

Нехотя и лениво он принялся за работу. Нарубил самую малость — лишь бы хватило на растопку. На большее его не хватило.

Выходные прошли довольно весело, но напряженность так и витала в воздухе.

— Перед гостями за двор и бардак стыдно, — шепнула супруга.

Олег молча стерпел. Не то время, чтобы выяснять отношения, да и вина полностью лежит на нем, так что отмахиваться не имеет смысла.

В понедельник он вновь сорвался в соседнее село, где протекла крыша и залила часть товара.

Он изначально ехал без настроения. На всякий случай взял с собой ящик с инструментами. Вдруг получится уладить все сразу. Но стоило ему приехать и только вынуть ящик из багажника, как позвонил мастер и сказал, что гидравлика накрылась.

— Да чтоб вас всех в… — он не закончил фразу, так как не посмел материться при взрослой продавщице. — Где тут у вас течет? — сдерживая себя, спросил он.

— Тама, — Вера Павловна ткнула пальцем в угол.

— Вера Павловна, вы пока уберите отсюда товар, а я оставлю инструменты и, как смогу, сразу вернусь. У меня в мастерской гидравлика полетела, а это важнее, чем протекшая крыша.

Вера Павловна пожала плечами, мол, хозяин барин.

Олег выгрузил инструменты и, сев в машину, сорвался с места. Грунт после дождя совсем размяк. Машину носило из стороны в сторону. На выезде из села, там, где грунтовка плавно перетекает в гравий, а после и в асфальт, Олега занесло, и он едва не угодил в кювет.

Остановился и заглушил мотор, понимая, что скорость может его сгубить. Да еще и с такой дорогой.

Несколько минут сидел в машине без движения, чувствуя, как колотится сердце. Открыл окна и полной грудью, с удовольствием вдохнул влажного воздуха.

— Опять, что ли?! — прогремело почти над ухом.

Олег вздрогнул и посмотрел по сторонам.

Возле машины стоял Филка. В том же свитере, тех же рваных и штопаных штанах. Разве что побритый в этот раз. Глаза его светились, как стопы у автомобиля. Лицо округлилось, видимо, от недавней пьянки.

— Нет. Просто стою.

— А я уж было подумал — опять, — улыбнулся Филка и тут же скорчился от боли в голове. — Ай, трещит как.

— Я тебе это… спасибо тогда не сказал.

— Да ладно, — отмахнулся Филка. — Денег дал, и на том спасибо. Они, знаете ли, важнее, чем слова. Хотя слова тоже важны, но тут от случая к случаю, — философски закончил он.

Олег посмотрел на Филку, и в его голове созрел авантюрный план.

— Похмелиться хочешь?

—   Хы… спрашиваешь. — В этот раз головная боль не прервала широкую улыбку.

 ***

Продолжение читайте в октябрьском номере журнала «Урал»

Текст анонса Андрей Ильенков, литературный эпизод Егора Куликова. Материалы предоставлены журналом "Урал".

 

23.10.2019

 

 

 

также смотрите вернуться к разделу