# Национальный проект "Культура"# Год памяти и славы

Для того чтобы сделать портал Культура Урала удобнее для Вас, мы используем файлы cookie.
Хорошо

Выберите регион, информация по которому Вас интересует.
Культура Урала | Статьи | Литература

Что происходило в свердловских парках и садах почти 100 лет назад?

Вместе с газетой «На смену!» отправляемся в 1928 год гулять по столице Урала

Совсем недавно в Екатеринбурге завершились крупные open-air фестивали, большая часть из которых проходила в парках и садах уральской столицы. Специалисты Свердловской библиотеки имени В.Г. Белинского подготовили большой материал о том что происходило в свердловских садах почти столетие назад. 

Вместе с газетой «На смену!» отправляемся в 1928 год гулять по свердловским садам. Об открытии в 1928 г. летнего сезона в городских парках (или садах, как их тогда называли) газета «На смену!» предупреждает горожан заранее, 9 мая.

Для тех, кто еще не научился свободно ориентироваться в географических реалиях того времени, нужно пояснить, что сад Уралпрофсовета – это хорошо знакомый всем Харитоновский сад. Через неделю, 16 мая, вновь небольшое объявление, но с новой информацией: на открытии ожидается концерт «заслуженного артиста Республики М. Донца».

Из следующей публикации можно узнать новые подробности об открытии садов, прямо с заседания президиума Горсовета: сад им. Вайнера передается членам профсоюза работников советской торговли, а сад Уралпрофсовета будет доступен для всех.

До открытия садов оставалось 6 дней, когда редакция газеты опубликовала заметку «Кто получит буфеты?». Выяснилось, что арендовавший в предыдущие два года Свердловский центральный рабочий кооператив и так терпел большие убытки, а в 1928 году организаторы повысили плату. Как сообщил корреспондент газеты «На смену!», на последнем заседании председатель Горсовета Синков решил вопрос радикально: «Плюньте вы на Церабкоп! Объявляйте торги на сдачу буфетов и баста». «Через шесть дней сады будут открыты и в них должен быть кооперативный буфет», – убеждает читателей газета.

«Завтра открываются сады», –  сообщает «На смену!» и раскрывает новые подробности организации летнего отдыха горожан.

В течение лета будет проведено не менее 10-ти бесплатных детских утренников со специальной программой. Установлена также и плата за вход в сад. С членов профсоюза в платные дни будет взиматься 15 копеек, причем на одну союзную книжку будет выдаваться не более 2-х билетов. Для не членов профсоюза плата установлена в 25 копеек. Для учащихся и лиц, находящихся на социальном обеспечении, предоставляют льготные билеты по 10 коп.

И наконец долгожданное открытие.

Что ожидало свердловчан в садах? 13 июня газета сообщает, что «сегодня в саду Уралпрофсовета устраивается общегородской вечер молодежи»: на спортплощадке – футбольный матч между городскими командами, в саду – выставка с беседами «об основах советской физкультуры», в читальне – шахматный турнир, в тире – стрелковые соревнования, на эстраде – лучший гармонист. 27 июня – анонс развлечений на первую половину июля: «С 1 по 15 июля предполагается выступление цирковой труппы. В программе балетные номера, акробаты, жонглеры, трюки в воздухе, полеты, клоуны и т. д. 29 июня и 1 июля предполагаются гастроли знаменитого артиста оперы баритона Мигай, который даст в саду два концерта. В скором времени в саду будут гастроли вокального квартета Мусоргского».

Не ограничившись публикацией объявлений, редакция газеты проводит «ревизию» садов и парков. Открывает рубрику «Смотр советских садов» статья «Лангет соус пикан», имеющая не менее интригующий подзаголовок «Нежные блюда или желудок дыбом». Предваряет ее определение роли журналистов, инспектирующих сады. Им хочется, подобно Н. В. Гоголю, воскликнуть: «Над кем смеетесь? Над собой смеетесь», но поводом для смеха они выбрали непонятное (для советских граждан) слово «лабардан». На критике «непонятных» слов строится вся статья.

Пойдите в сад Уралпрофсовета, в сад Вайнера, попросите карточку для ужина, и вашим удивленным глазам представится осовремененный лабардан: «Лангет соус пикан», «Нуазет де мутон», «Маришель из рыбы». Это и многое другое вы без труда прочитаете в церабкоповских меню. Вспомните Гоголя, спросите, как называется этот соус, и, когда вам ответят «пикан», – смейтесь без удержу над собой. Смейтесь, так сказать, в порядке самокритики. Но дело не только в лангетах и маришели из рыбы. Лангет только, если можно так выразиться, оформление. Дело, пожалуй, заключается в другом. Повторяем, сходите в сад, в любой сад. Посмотрите, что делает публика. Вы сразу заметите, что она слушает и гуляет. Но пойдите к садовому ресторану, и вы увидите зияющую пустоту. То есть не совсем пустоту. Батареи бутылок, наполненные светло-зеленой жидкостью, в аккуратном порядке расставлены на столиках симпатичных юношей, носящих краткое, но звучное имя «хулиган». Оглянитесь вокруг; попробуйте найти за столиком рабочую семью, проводящую свой отдых в саду. Напрасные старанья. Вы ее не найдете. Рабочий за версту обходит влекущую беседку. Его пугают современные «лабарданы», примеры которых мы приводили выше. Его пугают палочки, в изобилии расставленные против злосчастных лабарданов. Палочки эти носят на русском языке выразительное название «рубля». Короче говоря, Церабкоп в погоне за прибылями [так в тексте!] заваливает сады соусами лангет и иже с ними. Церабкоп совершенно выпускает из виду, что среднему рабочему не по карману двухрублевые соуса [так в тексте!]. Эти лангеты с соответствующими ценами вызывают и порождают пивные стремления со всеми вытекающими отсюда последствиями. Оно и понятно: ведь пиво в саду – самая дешевая вещь. О пиве говорилось много. <…> Полностью присоединяясь к противопивной кампании «Уральского рабочего», мы одновременно поднимаем другой вопрос, которому посвящена наша сегодняшняя статья. Приходя в сад, рабочий должен иметь возможность дешево и хорошо поесть. Это его право. Он не требует лабарданов и соусов «пикан»; нет, он даже протестует против них. И вместе с ним, вместе с массовым посетителем садов, к голосу которого надо прислушиваться, мы высказываемся против всевозможных лабарданов в рабочем саду. Мы (да не обвинят нас в национальной ограниченности) высказываемся за простые родные котлеты, за простое родное жаркое – одним словом, за все то, что обыкновенный, простой рабочий может купить без реального опасения за свой карман. Многим этот вопрос, вероятно, покажется мелким и не заслуживающим внимания. Но это не так. Именно потому, что в наших садах махровым цветом процветают и пользуются неограниченными правами «лабарданы», именно поэтому внутри садовой ограды вы с таким трудом находите рабочую семью. И, начиная смотр летней работы садов, проверяя, какой отдых, культурный или нет, предоставлен в саду рабочей молодежи, мы не можем пройти мимо этого, на первый взгляд, мелкого вопроса. Внимание мелочам!

Продолжается смотр советских садов статьей «“Розы” и “лопухи” в саду Уралпрофсовета». Ее предваряет эпиграф: «Поют птицы (петухи), цветут розы (лопухи)». По мысли автора статьи, птицы и розы – это план, в соответствии с которым «организуются массовые прогулки, проводятся показательные политсуды, литературные суды»; «устраиваются качели, гигантские шаги, карусель, кегельбан, интересный аттракцион “чертово колесо”, приобретаются лодки для катания на пруду и многое другое». По плану «эстрада и вся зрелищная работа должна отразить насущнейшие вопросы нашего сегодняшнего дня, – переход на 7-часовой рабочий день, рационализацию производства и т. д.». Петухи и лопухи – это та действительность, которую обнаружил автор статьи, обследуя парк.

Экскурсии и прогулки, по признанию руководителей сада, «неизвестно, почему включены в план», показательные суды, лекции и диспуты «еще не проводились». Вечер молодежи был, правда, в начале этого месяца, но на вечере, кроме массового пения, организованного по инициативе самой же массы, ничего другого, предусмотренного планом, не было. О гигантских шагах, кегельбане и прочих приятных вещах не стоит говорить совсем – зачем растравлять старые раны! Вот только о лодках на пруду. Затея очень неплохая, но… В данном случае «но» заключается в таинственной пустоте на приятной глади озера, на которой можно, правда, найти одну «бывшую» лодку, старую, треснувшую по всем швам, перевернутую вверх дном и застрявшую сиротливо где-то в углу, в обладающей разнообразными запахами тине. <…> Правда, в саду есть читальня, это наиболее живое место во всей работе сада. Но читальня эта в лучшем случае может вместить 40–50 человек. А что же делать остальным? Есть еще и тир Осоавиахима. Темное, непривлекательное помещение, убогая витрина военной литературы, старой и подобранной без всякого плана. Не менее убогий военный уголок с несколькими диаграммами, портретами, случайной противогазовой маской и тоскливо повисшей на веревочке запыленной моделью самолета. Но даже и эти диаграммы рассмотреть как следует не удается: они ограждены барьером. Близко подойти невозможно, издали разглядывать – темно. За выстрел берут 5 и 7 копеек. Пострелять каждому хочется, но истратить за получасовое пребывание в тире целковый может далеко не каждый.

Понимая, что все недостатки в одной статье не перечислить, автор обещает вернуться к этой теме, а пока советует администрации сада «какими-нибудь мерами сгладить чересчур резкую грань между розами и лопухом».

«Обсуждаем работу сада коммунальников им. Томского», – призывает заголовок следующей статьи. Главный недостаток сформулирован в подзаголовке: «Культура, биллиард и пиво – под общей крышей». В справочнике-путеводителе по Свердловску на 1929–1930 год указана только улица, на которой расположен этот сад, – 8 марта.

В углу этого небольшого и уютного садика безобразным деревянным навесом прикрыт прилавок буфета, около десятка тонконогих, качающихся столиков, три биллиардных стола с выцветшим от времени сукном. У биллиардов, как всегда, словно заведенные, ходят люди, сосредоточенно пачкают мелом руки и удовлетворенно шуршат шарами. Вокруг очень много зрителей. <…> На аллеях и площадках публики значительно меньше. Человек пять, шесть играют в крокет, милиционер задумчиво грызет веточку сирени и вздыхает, на сцене заседают 15—20 родителей, собравшихся обсудить судьбы детской площадки. На дверях стрелкового тира висит замок, площадка для баскетбола исчерчена фантастическими кругами, свидетельствующими о том, что ее лица сегодня не коснулась дерзкая нога физкультурника.

Как выяснил корреспондент газеты «На смену!», сад работает в убыток: при выручке в 250–300 рублей в месяц на содержание тратится около 1000 рублей. Настойчивый журналист начинает второй обход сада.

Около спортивной площадки скромно приютился небольшой столик, защищенный от влияния дождя и прочих атмосферных неприятностей так же, как и буфет, навесом. Присутствие на столике скромной кучки потрепанных журналов и свежих газет предупреждает доверчивого о наличии в саду так же и читальни. В читальне сидит парочка девиц и всем своим видом извиняется за интерес к прошлогодней литературе. Большая, красивая беседка.
– Наверное, здесь играет духовой оркестр во время гуляния?
– Нет! Что вы. Это для нас дорого. У нас струнный.
Скучно. Крокетисты играют вяло и неохотно. Родители, заканчивая совещание, очевидно, думают улизнуть в сад Уралпрофсовета или Совторгслужащих. Заходят два новых посетителя. В руках честно приобретенные за 10 к. билетики. У одного из поворотов аллеи происходит борьба. Посетитель помоложе героически поднимает ногу по направлению тенистой аллейки с скамеечками как раз туда, где читальня. Затем, немножко подумав, нога плавно опускается на землю. Буфет победил. К нему, наиболее значимому и видному во всем саду, на призывный стук биллиарда тянутся человеческие души с билетом профсоюза коммунальников...

«Работу ВИЗовского сада – на обсуждение масс!» – продолжает призывать газета. Из статьи можно узнать, что сад «Серп и Молот» на Верх-Исетском заводе работает уже второй год, но только в 1928 году было избрано новое правление. Газета отмечает его главное достижение: «Договор с Церабкопом был расторгнут и пиво из сада изгнано».

При саде есть читальня, но очень часто она открывается в 8 часов вечера, в то время как сад работает с 5–6 часов. Читальня мала. Ее не мешало бы расширить за счет сокращения помещения столовой ЦРК, которое сейчас пустует. Вместе с расширением читальни следует подумать и о хорошем библиотекаре, заменив им дежурных членов кружков сада, малоопытных в работе читальни. В саду слаба массовая работа. Рабочие совершенно не втянуты в работу сада. За месяц в саду не проведено ни одной лекции и беседы. Кино «отдувается» за все. Танцевальная площадка днем приспособлена для игры в баскетбол, а вечером для танцев. Крокетная площадка плохая, молодежь редко играет.

«Сад “Серп и Молот”, единственный сад в Верх-Исетском заводе с сорокатысячным населением, должен работать без перебоев», – завершает смотр этого сада «На смену!».

«Сад им. Подбельского» стал предметом острой критики в одноименной статье из следующего номера газеты. В справочнике- путеводителе по Свердловску, изданном в 1929 г., он назван как сад «Союза рабочих связи». Сибирский проспект сегодня улица Куйбышева.

Уральские купцы Рязановы выстроили на Сибирском проспекте громадный дом с колоннами, огромнейшими флигелями и службами, не позабыли разбить возле дома небольшой, но уютный сад для отдохновения купеческих телес. Сейчас этот сад передан клубу им. Подбельского, обслуживающему 2 тысячи членов Союзов связи и сельхозрабочих. Сад открылся 10 июня, и тогда же должны были начать там работу клубные кружки (струнный оркестр, живгазета и драматический). Но до сих пор работа кружков в саду еще полностью не развернута <…>  А духовой оркестр как раз сейчас, в разгар лета, ремонтирует инструменты?! Посещаемость сада невелика: до 100 человек в обычные дни. Когда нет выступлений гастролеров, посетителю сада там не очень весело. Маленькой читальней всех не удовлетворишь, игр, за исключением крокета, пока нет, а на устройство тира, покупку различных игр только еще отпускаются средства.<…> В углу сада примостился буфет. В дни бесплатных гуляний там продают по дешевым ценам чай, бутерброды. Но окончательно изгнать пиво сад не решился из коммерческих соображений и допускает продажу пива в дни массовых платных гуляний.

Газета «На смену! считает, что нужно лишь «развернуть работу кружков» да «изничтожить пиво», и тогда «увеличится посещаемость сада и позабудется установившаяся за ним в прошлые годы слава очага хулиганства». Сад им. Вайнера газета называет «Сад “чистой публики”», размещая на своих страницах заметку с таким названием. И в этом, по мнению редакции, не достоинство, а главный недостаток сада.

Сад им. Вайнера, не без основания, считается одним из лучших в Свердловске. Одно то, что сад строго и искусно распланирован, делает его одним из лучших в городе. Когда-то сад принадлежал «Екатеринбургскому коммерческому собранию». Коммерсанты позаботилась об улучшении сада; своим «коммерческим досугом» они дорожили. Позаботились коммерсанты, и сильно позаботились, чтобы в сад не попали «непрошеные гости». Сад был доступен только «чистой публике», мастеровые и рабочие туда не допускались.

– В «Клубный» (так раньше назывался сад) интеллигенция только ходит. Нашему брату там делать нечего, – говорили раньше рабочие. «Интеллигенцией» был для них каждый чисто одетый, сытый и с толстым бумажником. Революция превратила «Клубный» в «Красную звезду», а позже – в сад им. Вайнера. В нынешнем году сад находится в ведении Союза совторгслужащих. Как это ни странно, но некоторые традиции «Клубного» сада еще живы. В частности, живет тяготение к «чистой» публике. Излюбленное место отдыха рабочего горожанина — сад Уралпрофсовета. Городская интеллигенция и служащие идут в сад Вайнера. <…> Рабочий не идет в сад Вайнера в настоящее время вовсе не потому, что его не пускают, как это делалось раньше. Он не идет потому, что не привык к саду, потому, что никто не приглашает его туда. <…> В саду хорошая читальня, но посещают ее плохо. Правлению нужно выявить, почему не посещается читальня, и сделать из этого выводы.

Но основная цель, которую редакция «На смену!» ставит перед садом Вайнера, – это «посещение сада рабочими».

«На прочных рельсах» – так охарактеризовала газета работу сада им. Большакова. В справочнике по городу Свердловску (1932) его адрес обозначен так: «Сад имени „Большакова“ – фабрика имени Ленина – Городской выгон. 3 отд., 8-Л. (Тр. 3, 6)». В современных реалиях это район между улицей Восточной и Сибирским трактом.

Начал свою работу сад им. Большакова (при Ленинской фабрике) с 3 июня. Работают кружки: хоровой, духовой, струнный, радио, спортивный и живгазета. Благодаря сработанности кружков обслуживание сада проходит исключительно силами своих кружков. Таким образом, сад обходится без гастролеров, обрезающих скудные средства садов. Раньше в саду им. Большакова были два «полюса». Посреди сада небольшое озеро с мутноватой водой. На одном берегу – читальня, на другом – буфет с пивом. В пивной, конечно, всегда было полно, а в читальне наоборот. Нередко в саду происходили драки. Но теперь пиво по постановлению фабзавкома выставлено из сада.

Отмечает газета и недостатки: сад работает не все дни недели, освещение после 9 вечера оставляет желать лучшего. Но в целом сад «на прочных рельсах» и у него есть силы и возможности для «изживания недостатков». В этом же номере газеты опубликована статья «У двух нянек дитя без глазу» про сад печатников на углу Кузничной (современная улица Кузнечная) и Ленинской (сегодня – проспект Ленина, четная сторона).

На углу улиц Кузничной и Ленинской приютился небольшой сад печатников. В этом году сад сдали в аренду Уралсовету ОДН. Несмотря на то что сад имеет двух хозяев, работу его удовлетворительной ни в коем случае назвать нельзя. В беседе с зав. садом выяснилось, что сад поставлен «на коммерческую ногу», с целью выкачивания средств для ОДН. Отсюда все качества. Самое центральное место в саду занимает буфет, т. е. пиво.

Убрать пиво из сада, составить календарный план, наладить работу самодеятельных кружков и проводить вечера молодежи – вот «рецепт» по спасению сада от газеты «На смену!». Редакция газеты подключила к «смотру садов» и юнкоров, опубликовав их заметки под общим заголовком «Пиво или работа?». Предполагалось, что «смотр садов» завершится 27 июля в помещении редакции газеты, где пройдет совещание всех заинтересованных сторон.

Завершает рубрику «Смотр свердловских садов» статья «Что выявил наш смотр?». Из нее можно узнать, что работники садов «неизвестно по каким побуждениям» испугались «критиковать самих себя, несмотря на неоднократные напоминания; за редкими исключениями, не откликнулись на наш призыв подвергнуть основательной самокритике достижения и недостатки своей работы, даже не явились на итоговое совещание по смотру». Поэтому газета сделала выводы самостоятельно, выделив их крупным шрифтом и разместив сразу под заголовком: «слабо поставлена массовая работа, молодежь предоставлена самой себе, эстрада в плену у гастролеров, нет садового актива, рабочий сад должен быть центром культурного отдыха». Редакция газеты убеждена, что за оставшийся до конца сезона месяц сады «должны проявить максимум энергии и инициативы, должны учесть свои недостатки, выявившиеся в итоге смотра, для того чтобы в будущем году, с самого начала летнего сезона, на основе выдвинутых нами предложений, во всю ширь развернуть работу по культурному обслуживанию рабочих масс».

Тогда, в 1928 году, журналисты выполнили поставленную перед ними задачу: провели смотр советских садов, выявили недостатки, дали рекомендации. Сегодня, благодаря их внимательности и умению запечатлеть детали, можно узнать о том, что в саду Уралпрофсовета даже при советской власти еще подавали «лангет соус пикан» и «маришель из рыбы», в «саду комунальников» играли в бильярд, а милиционер задумчиво грыз веточку сирени, а в сад им. Вайнера, когда-то принадлежавший «Екатеринбургскому коммерческому собранию» и называвшийся потому «Клубным», рабочие  по старой памяти так и не решались заходить. За это время изменились не только гастрономические названия, но и названия садов. Некоторые из них исчезли совсем, как «нуазет де мутон».

Источник: официальный сайт Свердловской областной универсальной научной библиотеки имени В.Г. Белинского.

Вас также могут заинтересовать