# Национальный проект "Культура"# СТОПКОРОНАВИРУС

Для того чтобы сделать портал Культура Урала удобнее для Вас, мы используем файлы cookie.
Хорошо

Выберите регион, информация по которому Вас интересует.

Танец как философия

Интервью с создателем эксцентрик-балета Сергеем Смирновым в год 25-летия коллектива

Коллектив эксцентрик-балета Сергея Смирнова недавно отметил 25-летний юбилей. О том, с чего все начиналось, о первых успехах и о том, чем живет театр сегодня, мы поговорили с главным героем – основателем и художественным руководителем труппы.

Сергей, сегодня эксцентрик-балет – это множество наград, любовь зрителей, признание критиков, почет в профессиональной среде. А начиналось все с «желания танцевать просто потому, что было о чем танцевать»... В какой момент вы поняли, что это не просто занятие «для себя», а все-таки публичная история?

Действительно, сначала мы танцевали просто потому, что не могли не танцевать: труппа была создана в 1995-м году, и в этом же году мы попали в телевизионный проект «Утренняя звезда», стали в нем победителями. И, наверное, именно этот случай стал неким мотиватором, который показал: все-таки не просто так мы все вместе собрались. Тогда нами очень живо интересовались представители театральных кругов, как здесь, в Екатеринбурге, так и Санкт-Петербурге, и в Москве.

Еще бы! В те годы телевидение играло огромную роль.

Да, тогда не было интернета, и появиться в «эфирной кнопке», тем более, Первого канала, это дорогого стоило, а у нас было много эфиров.

То есть в какой-то момент осознание пришло: вы делаете это и для публики в том числе. Можно ли говорить, что эксцентрик-балет – это массовое искусство, или оно все-таки рассчитано на ценителя?

Конечно, не массовое. Мне никогда не хотелось заниматься хобби-классом, любительством, заигрыванием с публикой. И поэтому первый состав эксцентрик-балета даже сам по себе, количественно, был совсем не массовым: нас было всего семь человек. Но это были те люди, которые в меня поверили. Потому что, конечно, наше творчество не всегда и не везде принималось благосклонно. Но у нас был мощный тыл – наш город, наш Екатеринбург. Его в профессиональных кругах называют столицей современного танца, и здесь есть своя ментальность, своя тусовка и возможность развиваться в этом направлении.

В чем разница между Екатеринбургом и Москвой?

Разница большая. Москва живет в абсолютно другом ритме, с другим посылом. Это город, который славится скорее коммерческой поп-культурой, и, мне кажется, что таким коллективам, как мой и как некоторые еще в нашем городе, там просто было бы не выжить. А в Екатеринбурге есть такая возможность: спокойно думать; как бы, не торопясь, заниматься этим искусством. Наверное, это именно тот город, ритм которого как раз и мотивирует к тому, чтобы создавались театры современного танца. И не поглощает их при этом.

И эксцентрик-балет из Екатеринбурга – это имя, известное даже на мировой арене, а вы это прочувствовали еще до того, как децентрализация стала трендом.

Да, действительно, в последнее время, особенно с развитием интернета, это стало всеобщей тенденцией. И мне она по душе. Знаете, я вообще горжусь своим городом. Я много где бываю, много с кем общаюсь, и мне всегда гордо представляться, что я из Екатеринбурга. Потому что он красивый, продвинутый, потому что здесь очень мощная культура, потрясающие театры…

Один из них стал для балета домом – театр Музкомедии.

Да, и это потрясающе. Театр Музыкальной комедии, казалось бы, академический и консервативный, с классическими смыслами, когда-то нас приютил – это было почти 20 лет назад. Он заинтересовался нами, и это стало взаимным обогащением двух культур, двух пластов – академического и современного. Этот театр – то самое место, где к нам, как творческому коллективу, относятся очень бережно. Между нами – как между двумя творческими структурами – выстроен очень мягкий диалог.

Давайте поговорим о понятии авторского театра танца. Что в это понятие вкладывалось 25 лет назад и что вкладывается сейчас?

25 лет назад, как мы уже говорили, не вкладывалось вообще ничего. Мы просто хотели танцевать, мы просто хотели о себе как-то заявлять. Да и самого понятия «contemporary dance» в принципе не существовало.

А сегодня элитарность современного танца перешла в разряд чего-то общедоступного?

Да, и это тоже можно назвать проблемой сегодняшнего времени: contemporary dance стало настолько много, что в нем теперь тоже есть опасность потеряться, уйти в массовую культуру. И поэтому понятие «авторства» очень важно для художника: под ним кроется лицо коллектива, свой стиль, свой почерк, своя индивидуальность. Поэтому мы себя – ни в коем случае не категорично – но все-таки не называем себя contemporary-труппой, не называем «театром современного танца». Называют, скорее, нас – «театром авторского танца», и нам это очень импонирует, значит, коллектив сумел добиться индивидуальности. Значит, наши стиль и почерк узнаваемы, и для нас это гораздо важнее, чем попасть в категорию contemporary dance или каких-то других модных танцевальных течений.

А если говорить про награды – их у вас много и они весомые. Была ли какая-то особенно значимая? Или, может быть, неожиданная? 

Вообще, первая поездка на фестиваль «Золотая маска» уже стала для нас очень значимым событием. Но то, что компания с Урала возьмет главный приз, в том, далеком 2001-м не ожидал никто. Эта награда сравнима со снегом на голову. В следующий раз мы поехали на фестиваль в 2005-м, и нам говорили: успокойтесь, у вас и так все прекрасно – «маска» есть, а кандидатуры в этот раз совсем другие. И когда мы снова получили главную награду, случился снег на голову номер два. Ну а в 2008-м, когда мы уже точно ни на что не рассчитывали, нам посчастливилось получить сразу две награды: в номинациях «Современный танец» и «Лучший хореограф», где я соревновался с балетмейстерами-хореографами из «Большого театра» и «Мариинки». В те годы с фестивалем «Золотая маска» произошли определенные метаморфозы, и мы приняли решение, что больше не будем участвовать в фестивалях и конкурсах, тем более, таких громких. Потому что нам это стало неинтересно. Мы пришли к выводу, что для нас гораздо важнее наш мир, наш «тихий дом», наше действие в классе, чем постоянный штурм этих вершин. Один из моих учителей называет все эти премии «цацками». Отчасти поддержу: нельзя верить в премии, все субъективно. В погоне за наградами теряется реальность, знаете, есть выражение «он забронзовел»? Так вот: не дай бог забронзоветь. Потому что на первый план всегда должны выходить танец и творчество.

Материал Анастасии Грушецкой (Худяковой), фотографии Кирилла Дедюхина / Культура-Урала.РФ

Вас также могут заинтересовать